Деньги
Инвестиции военного времени
Капиталы потекли из американских и корейских фондов
Масштабные боевые действия на Ближнем Востоке вызвали активную перетасовку активов между страновыми фондами. В числе наиболее пострадавших оказались фонды, ориентированные на рынки Европы, Кореи и США. В качестве тихой гавани капитал выбирают Японию и Китай. Российский фондовый рынок оказался в числе лидеров, но локальные инвестиции пока не готовы возвращаться в акции.
Выйти из полноэкранного режима
Развернуть на весь экран
Фото: Yuriko Nakao / Reuters
Фото: Yuriko Nakao / Reuters
Война, развязанная США и Израилем против Ирана, привела к падению спроса на рисковые активы. По оценке «Денег», основанной на отчете Bank of America (BofA, учитывают данные Emerging Portfolio Fund Research), за неделю, завершившуюся 4 марта, чистый приток клиентских средств в фонды акций едва перевалил за $9 млрд. Это в четыре раза меньше привлечений неделей ранее и минимальный положительный результат с начала года. В первые дни 2026 года рынки были встревожены захватом президента Венесуэлы, обещаниями Дональда Трампа нанести удар по Ирану и взять под контроль Гренландию.
Инвестиции не задались
До начала боевых действий на Ближнем Востоке настроения на глобальном рынке акций были вполне оптимистичными. По данным EPFR за четыре недели, завершившиеся 25 февраля, клиенты вложили в фонды акций более $150 млрд. Как отмечает инвестиционный банкир Илья Сушков, инвесторы активно увеличивали долю рисковых активов на фоне устойчивых макроэкономических данных и ожиданий роста корпоративных прибылей. По данным BofA, индикатор настроений Bull & Bear находился на уровне 9 пунктов, и это было зоной экстремального оптимизма, которая исторически часто предшествует коррекции рынков. «В таких условиях геополитический шок стал триггером для фиксации прибыли»,— считает Илья Сушков.
В американском ударе по Ирану в этом году мало кто сомневался, но все ждали чего-то похожего на лето 2025 года, когда удары были точечные и носили скорее демонстративный характер, а потому мало кто рассматривал его как серьезный риск для акций. Характер нынешних боевых действий и их география стали неожиданностью для рынка. В ответ на нападение Иран нанес удары не только по Израилю, но и по объектам в ОАЭ, Бахрейне, Катаре, Кувейте и Саудовской Аравии. Корпус стражей исламской революции начал топить суда, пытавшиеся пройти через Ормузский пролив, фактически заблокировав его. «Блокировка Ормузского пролива рассматривалась чисто теоретически, а об ударах по добывающей инфраструктуре и нефтепереработке в Персидском заливе вообще никто не думал»,— считает управляющий по глобальным рынкам General Invest Александр Ковалев.
В таких условиях резко повысилась неопределенность, прежде всего из-за риска перебоев поставок нефти.
9 марта стоимости Brent впервые с 2022 года поднялась выше $100 за баррель, прибавив с начала конфликта более 40%.
Повышение цен на нефть, как считает Илья Сушков, автоматически усилило инфляционные ожидания, что может ограничить возможности центральных банков по снижению ставок и ухудшить условия для роста фондовых рынков. «Спрос на акции рухнул, началась паника и массовое сворачивание маржинальных позиций»,— отмечает руководитель отдела анализа акций Sirius Capital Анна Казарян.
Энергозависимые рынки
Эскалация конфликта на Ближнем Востоке вызвала переориентацию инвестиционных потоков между регионами. Как отмечает независимый портфельный управляющий по глобальным рынкам Алена Николаева, рынки быстро оценили, какие регионы в сложившейся ситуации наиболее уязвимы. Произошла резкая просадка интереса к фондам ЕС, которые в последние недели были в числе лидеров привлечений. По данным EPFR, за первую неполную неделю после начала боевых действий клиенты таких фондов вложили лишь $0,8 млрд, что в три с половиной раза меньше инвестиций неделей ранее.
Ключевая причина падения популярности европейского региона в том, что из развитых рынков он наиболее уязвим к энергетическому шоку. Доля импорта нефти в потреблении ЕС превышает 90%, доля СПГ в первичном потреблении газа — почти 50%. Рост цен на энергоносители из-за перекрытия Ормузского пролива бьет по экономике региона. «Рынок закладывает не только ценовое давление на энергоносители, но и вопросы логистики, так как блокировка пролива — это не только про цены на нефть, газ, химию и сопутствующие сырьевые активы, это еще и удорожание судоходства, вопросы страховок судов и грузов, да и просто удлинение и усложнение торговых маршрутов между Европой, Ближним Востоком и Азией»,— поясняет Алена Николаева. Удар по энергии, логистике и торговле, на ее взгляд, напрямую влияет на экономический рост, маржу компаний и инфляцию в регионе.
В числе аутсайдеров оказался и фондовый рынок Южной Кореи, который в первые два дня после конфликта обвалился на 18%. В последующие дни он отыграл часть снижения, но остался в числе аутсайдеров. Этому способствовал сильный перегрев рынка, который в зимние месяцы вырос на 60%. К тому же 100% потребляемого экономикой ископаемого топлива там зависит от импорта. «До ударов по Ирану на корейский рынок зашло много быстрых денег. В итоге получилось плохое сочетание — высокая внешняя уязвимость плюс перегретое позиционирование. Отсюда и классическая принудительная разгрузка, усиленная действиями автоматических стратегий. Из-за удорожания нефти участники рынка боятся в этом регионе не только падения индекса, но и удара по валюте, инфляции и ставкам»,— полагает Алена Николаева.
Американский шок
Геополитический шок, не последнюю роль в котором сыграл Дональд Трамп, вызвал бегство мирового капитала и из фондов американских акций, которые и так не пользовались спросом в этом году. По данным EPFR, за первую неделю конфликта клиенты таких фондов забрали около $14 млрд, против $2,2 млрд неделей ранее. Больший объем средств инвесторы выводили в январе на фоне обещаний Трампа силой захватить Гренландию.
В отличие от Европы и Южной Кореи, США является крупнейшим мировым добытчиком нефти (около 13,2 млн баррелей в сутки), доля стран Персидского залива в американском импорте составляет менее 10%. США имеют один из крупнейших запасов нефти и нефтепродуктов (на конец февраля около 1,684 млрд баррелей, по данным EIA). «Это дает США гораздо больший запас прочности, чем у большинства чистых импортеров»,— отмечает аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов. Но, по словам Ильи Сушкова, до начала конфликта американский рынок был самым дорогим, поэтому именно на нем инвесторы и начали фиксировать прибыль при росте рисков.
Выйти из полноэкранного режима
Развернуть на весь экран
Тихие гавани
В таких условиях парадоксальным выглядел рост спроса на фонды Японии, чистый приток в которые за неделю составил $4,2 млрд, максимум с октября 2025 года. Фундаментально Япония тоже энергоимпортер, причем около 90% поставок идут через Ближний Восток, и тоже чувствительна к дорогой нефти. Но в потоках сейчас работает не только макроэкономика, но и относительное восприятие качества. «Когда инвесторы срочно снижают риск вне США, им нужен крупный, ликвидный и понятный рынок для диверсификации. Япония в этом смысле в моменте выглядит более качественной альтернативой Европе и Корее»,— поясняет Алена Николаева. К тому же в стране есть важный сырьевой буфер: стратегических запасов нефти должно хватить на 254 дня. Это значит, что пережить удар по поставкам будет проще, чем другим рынкам, которые зависимы от бесперебойных поставкой энергоносителей, но имеют меньший запас прочности.
Среди рынков развивающихся стран предпочтительнее выглядит Китай. Он, хотя и является крупным импортером нефти, но имеет значительный запас «черного золота», который, по разным оценкам, составляет 1,2–1,5 млрд баррелей нефти. К тому же у КНР есть альтернативные поставщики, в том числе Россия, способная восполнить выпадающие объемы. «Рынки явно делают ставку на потенциальную господдержку. Надо понимать, что в стране слабый внутренний цикл и сохраняется дефляция, а значит немедленный эффект на инфляцию будет не таким заметным. Китайский рынок пока не выглядит прямой жертвой дорогой нефти, у него есть умеренный запас прочности и возможность амортизировать внешние шоки»,— считает госпожа Николаева.
Риски дело тонкое
В ближайшие недели поведение мировых инвесторов будет определяться развитием конфликта на Ближнем Востоке. В случае быстрого возобновления судоходства в проливе, по мнению управляющего активами УК «Доверительная» Дмитрия Терпелова, влияние шока и его продолжительность будут минимальны, тем более что у стран-импортеров есть значимые запасы нефти; спрос на акции вырастет, и в первую очередь на регионы, которые были сильнее распроданы до этого.
Более продолжительный шок может привести к негативным последствиям и реализации стагфляционного сценария, полагает Дмитрий Терпелов. В случае эскалации и при перебоях поставок нефти через Ормузский пролив инвесторы, вероятно, будут увеличивать долю защитных активов и сырьевых компаний. «В таком сценарии лучше могут выглядеть сырьевые рынки, энергетический сектор и некоторые развивающиеся страны—экспортеры ресурсов, а наиболее уязвимыми останутся рынки крупных импортеров энергии и переоцененные сегменты американского технологического сектора»,— прогнозирует Илья Сушков.
Российский рынок
Конфликт на Ближнем Востоке оказывает позитивное, но ограниченное влияние на российский фондовый рынок. Индекс Московской биржи краткосрочно поднимался выше уровня 2900 пунктов, но в итоге закрепился на отметке 2853 пункта, прибавив с начала марта 2%. Ограниченный эффект, по мнению директора департамента управления благосостоянием УК «АФ Капитал» Руслана Клышко, вызван ротацией капитала из компаний внутренней экономики в нефтегазовый сектор. «Фактором дальнейшей поддержки рынка может стать изменение ценового позиционирования российской нефти: по данным Reuters, поставки Urals в Индию, которые еще в феврале продавались с дисконтом в $13 к Brent, сейчас реализуются с премией порядка $4–5 за баррель на условиях поставки»,— говорит господин Клышко.
В отсутствие устойчивого роста частные инвесторы не спешат наращивать инвестиции в фонды российских акций. По оценке «Эйлер», за первую неделю марта такие ПИФы потеряли в виде чистого оттока 1,4 млрд руб. против 0,8 млрд руб. неделей ранее. «Массовый возврат денег в фонды акций, скорее всего, будет возможен только при сочетании устойчивого роста рынка и более заметного снижения ставок»,— полагает Руслан Клышко.
Иван Евишкин
"Деньги". Приложение №5 от 19.03.2026, стр. 18
-->
Meta* (Instagram*, Facebook*) и другие признанные экстремистскими организации/ресурсы запрещены в РФ.
Упоминания иностранных агентов сопровождаются маркировкой по закону.
Информационный материал. 18+.
